ЙОНАС НОВИКАС



ПЕРЕВОД С ЛИТОВСКОГО



Перевод с литовского

Камертон моей жгучей осени – Внезапно и невпопад – Колокольчик сквозь листопад:

Серебряная сказка
Дань детской мифологии
Прошелестит и спрячется — ищи-свищи
Это испытано многими

Надо уметь вслушиваться
Фильтровать шорохи, всплески
Я ищу его во всем —
От сполоха бабочки до скрипа натянутой лески

Ищу в отражении заброшенного
Прелом запахе мечты
Застывшей партитуре
Где ты?

Может, прячешься не случайно —
Слишком ярко деревья на фоне костров горят
А может, свистнешь беззаботным трамваем
И укатишься до остановки следующего сентября

Я услышу тебя акварелью — в сонном шелесте ивы
Сыростью отголосков — на реке, вдалеке…
Что ни говори, цветомузыка непредсказуемо красива

Смерть текста в авторе
Играем друг с другом странный канон
Выныривая по очереди
В самых неожиданных местах
Главное – не пропустить мгновенья
Когда тяжелая терция
Вдруг накроет обоих
И все другие сочетания станут невозможны




Звёзды

Раньше мне снилось небо — бархатный ковер под ногами
В него погружаешься и не тонешь
Я шел по нему, звезды вспыхивали и гасли
Но не грели
Теперь то, что было внизу, поменяло знак
Устремилось обратно
Стало хроматически полутонным
Как радуга
Ввинченным в высь
Как витражи готики
Звезды пролетают мимо
Ощущение неба — за миг до касания кожи меха шиншиллы
За шаг до пробуждения в пустоту
Совершенство в незавершенности
Мне не нужно отталкиваться, чтобы взлететь




Начало апреля

седьмой класс
четвертая четверть такта
я еще не знаю, что ты — это ты
я и на себя-то смотрю с недоверчивым прищуром
фотографии косо наклеены на обложке четвертой повести
кажется, «Падая вверх» (из «Пригорода Вены»)
тетрадь в линейку за 48 копеек
или это 48 листов, а 48 копеек — мороженое?..
оттаявший мусор не успел еще зарасти травой
подернуться надеждами на лучшее
от островка до островка земли по расползающемуся снегу
солнце на чердаке
последняя нота все тянется
уже безо всякого размера
сама по себе
потом я слушаю ее эхо
оно растворяется в твоих глазах — небе «синего часа»
уходит в глушь сплетения ветвей Кадриорга
почему пригород Вены?
там нет солнца из моря




Веточки-2005

Волны под окном
Травы, гонимой ветром, и плывущего жасмина
Горький сумрак оврага
Такое нужно видеть хоть раз
Поздней весной
Одна и та же пошлая фраза:
Почему тебя здесь нет
Важно сосредоточиться
Запомнить все это
Заморозить поглубже, вроде спелой вишни
Но встык досадно диссонирует:
Как все-таки тебя называть?
У твоего имени тоже нет звательной формы
Остается смахивать пыль с молчащих клавиш
Прислушиваться к скрипу невидимого сруба
Перекидывать мост от весны к осени
Смысл его почти теряется в бредовом ветряном настое
Хлопанье полудачного окна
Бубнящем сквозь сон черно-белом итальянском фильме «новой волны»
И только нащупав неудобную угловатость пульта,
Надеясь исхитриться и выключить не поворачиваясь,
Придавленный тяжестью дня, начатого с бессонной чатовской ночи
И завершенного чувством полной невесомости от выставки Норштейна,
Понимаю: ах да, будет же сентябрь
Бутылка да стук колес
Приглушенная растерянность северного утра
«Красная стрела» довершения образа
Надо не забыть спросить в подходящий момент:
Ты тоже считаешь главной последнюю фразу?
И правда, Лошадь, — как она там,
В тумане?..




Прощание с постмодернизмом

ноябрь
время творческих вечеров
мохеровых свитеров
горячего грога
смягченного туманом тяжелого рока

тот самый последний лист
дрожит на мерзлом асфальте
— давайте сегодня в О.Г.И.?
— а что там?.. ну ладно, давайте

и в сигаретный дым сразмаху, как в морок
туда, гда каждый шаг был так празднично-дорог

время длинных ночей приглушенных речей

крайний осенний месяц наизготове
призрак, которого не выразить в слове

забиваться в клубные норы
скользить по знакомым лицам
де жа вю — лучше уж просто
вслед глядеть перелетным птицам
глотнуть звенящего воздуха —
звезд почти не видно
но вечер так полон собою
что это совсем не обидно

время светлого янтаря тридцать первого октября




За окнами — август (с)

Кристаллы звуков медленно стягиваются к невидимому центру
Играют в выбеленном за три месяца солнцем послеполуденном небе
Падают завязью первого музыкального завитка
Восемь тактов — до «синего часа»
Скоро, совсем скоро я снова начну сочинять музыку
Тогда возникло слово
Теперь пробивается мелодия
Может быть, когда-нибудь они даже соединятся
Но мне станет уже незачем прислушиваться
И вздрагивать от предчувствия
Зачем осознавать, что ушли не только события, но и люди
Что та дорога осталась навечно с ними в одном-единственном лете
Навечно — и все же осталась
Это дает силы жить
Выныривать из ощущений
Снова погружаться в них, пытаясь найти там следующее начало
Хотя поверхность моей реки через мгновенье ровна и незыблема
Первый тайм мы уже отыграли
Нелепо — или виртуозно?
Ошибаясь — или нащупывая единственно верное во мраке?
Защищаясь от себя – или нападая на обстоятельства?
«Один : ноль» или «минус : бесконечность»?
Протягивая запоздалую нить, заполняя пустоту энергетического коридора,
Как нелепо бросать все эти вопросы из вирта в призрачность другого
«Башня из слоновой кости» — не так плохо, пока она служит
скафандром Только почему она преследует меня и сегодня —
На уровне дежавю, виражей и бесконечных стоп-кадров?
Заставляя, вслед за кратким ощущением невесомости,
На самом деле перепрыгивать так из надлома в надлом?
Сейчас мне кажется, что две такие башни неумолимо прут друг на друга
Вопреки всякой логике
И, значит, столкновение их обломков поможет наконец замкнуть круг
Только бы услышать, дождаться, протянуть последние такты на зыбкости моста
Я знаю, что после этого снова вдохну
Увижу себя и мир, как в первый день творенья
Пойму тебя в том, что пока за пределами круга света
Поплыву за мелодией, доверившись волне
Что же все-таки произошло в том незабвенном августе?
Память по-разному играет с далекой и близкой перспективой
Фантастичность, пусть местами придуманная, всегда обрастает ореолом догадок
Не приснилась ли мне тогда эта срединная дорожка?
Не привиделся ли недавно наш разговор по телефону?..




Летние зарисовки

Я расколдовал город
Думал — упаду на горящий асфальт
И все будет обжигать
Но он приоткрыл дверь мягко и бережно
Словно не было этих двух лет
Скользнул бликом солнечного зайчика
Точно посредине верхнего шоссе
И все стало своим

Я боялся этого слова
Тайком обходил его кружевными путями
А это же просто память
Нырни поглубже — и увидишь
Тебя знает даже ступенька
Во внутреннем дворике Института Белка
Помнишь, кто-то читал бЕлка и удивлялся
С диковинными растениями и ярко-голубым бассейном
Без воды

Теперь там появилось второе кольцо ограды
Большинство институтов тоже закольцованы
В этой замка нет
Через другие можно лишь заглянуть
Увидеть то ли подзабытое, то ли возникшее без тебя
Я еще приеду
Найду способы открыть ворота
Миновать железные прутья
Только вот солнце — три часа прогулки подпалили даже плечо
Со сбившимся воротом
Задумчиво сдуваю ошметки кожи
Уйдет это пекло — сразу начну

Никакой катастрофы:
Глупо думать, что за два года ничего не изменится
Помнишь, как исчезла срединная дорожка
Из моего лучшего дня
Там построили новую лабораторию
И до оранжерей по нижней дороге теперь не добраться
С оградами проще
Они не скрывают пространства
Оно становится просто более разным
От расстояния вытянутой руки




осеннее

Янтарные блики меркнут закатом
Бисер не подобрать в траве
Осторожно связываю концы нити
Оборванной серединой лета




послепредвыборное

Въехал в ноябрь на полной скорости
Впечатался криво, как в дверной косяк
Забыв где вход – домой страшней чем в гости —
Глядя на нечто сбоку неприметное что ни так ни сяк

Без оглядки по встречной
Мимо акций дебатов предвыборных технологий
Устав спотыкаться, снова карабкаться и пытаться
Вникнуть в окаменевшие диалоги

Наверно, я слишком долго искал сходства
И отличия — друг с другом, друг от друга
Только бы не усомниться невзначай
Безуспешно вглядываясь за край герменевтического круга…

Я растерял тебя в поисках самости
Можно найти нелепей причин
Когда перекличка исчезла — как всегда незаметно, по малости —
И снова рядить пустоту в десятки личин

Что нам осталось — гул языка, запах тмина?
Вот и декабрь. В субботу — День Тишины
Но если игра не фонтан, я выбираю хорошую мину:
Мой часовой механизм — не в сторону полной луны.





на середине мира

волны

москва

станция

корни и ветви

город золотой

новое столетие